Против семьи совершено преступление. Самое настоящее.

Мамсила
Против семьи совершено преступление. Самое настоящее. Несколько дней назад в моей ленте в фейсбуке начали возникать сообщения "у приемной семьи изъяли 12 вич-положительных детей!" с ужасными, совершенно в духе современных соцсетей холиварами о том, как мама и папа нахапали детей, заразили их вич и наживались на детских пособиях. Зная, насколько все и всегда перевирают, я даже не открывала исходные тексты, пока в один прекрасный момент мой взгляд не зацепился за фотографию знакомого мальчишки –обаятельного блондина с улыбкой до ушей.

И я с ужасом поняла, что речь идет о семье Светланы Дель, которую знает, наверное, каждый, кто всерьез занимается темой приемных семей.


Светлана – опытнейшая приемная мама, старшие дети, которых она забирала в семью уже много лет назад, выросли, живут самостоятельной жизнью. В семье и до сих пор буквально "семеро по лавкам", причем все дети – из серии "последнего шанса".

Не было у них других возможностей найти семью: тяжелые диагнозы, сложнейшие поведенческие отклонения, а у многих и возраст такой, в котором обычно уже в семьи не берут. Света брала всех, летала за ними за тридевять земель, лечила, реабилитировала, воспитывала, развивала.


Вот один из "последних" – мальчишка с синдромом Дауна – катится на горных лыжах. Вот девочка-подросток, которую последовательно "выпирали" из школ и спортивных секций, наконец занялась балетом и делает огромные успехи, тоненькая, гибкая, артистичная. Вот старший сын приготовил маме удивительный ужин, чтобы та немного передохнула. Поездки на море. Походы на развлечения. Причастие в церкви – и все торжественные и как-то внезапно повзрослевшие.

Света – почти профессионал. Ведущая Школы приемных родителей, которая не вылезает с самых разных профильных тренингов и семинаров. Постоянный "клиент" в Институте развития семейного устройства Людмилы Петрановской.

Ее советы другим приемным родителям – на вес золота. Ее опыт, кажется, можно смело в книжку и издавать миллионными тиражами.


Понимаете,какая это семья? – удивительная, конечно. Но и очень не похожая на "стандарт", а это многих раздражает. И часто, увы, раздражает активно: дети сложные, мама счастливая. Разрыв шаблона, вынос мозга, так не бывает, что-то тут нечисто.

И вот в один ужасный день эти самые "что-то тут не так" вылились в страшную историю: воспитательница детского сада якобы увидела у одного из Светиных детей синяки. Позвонила в полицию – и затем последовала молниеносная и обескураживающая реакция: детей у Светы изъяли. Троим удалось "спастись": двое старших мальчишек убежали, как-то ухитрились забрать из сада кровного сына и спрятались. Поэтому они остались в семье. Все остальные дети в срочном порядке распиханы в больницы и приюты, разлучены с мамой.

А взрослые незнакомые люди всерьез добиваются от них каких-то "показаний": как часто папа избивал Петю? А Сережу? А кого чаще? – без присутствия родителей, без психологов, без знакомой обстановки.


К величайшему сожалению, эта ситуация длится уже несколько дней, и пока ни о каких реальных подвижках речи нет: детей не вернули, полноценных встреч мамы с детьми не обеспечили. Хотя к разрешению проблемы подключена Анна Кузнецова, детский омбудсмен.

Я понимаю,что со стороны разобраться в том, что произошло, очень сложно. Поэтому хотела бы особо оговорить несколько моментов.

1. Детей из семьи изъяли не просто без решения суда. Но вообще без всяких документальных оснований: у мамы нет ни одной бумаги о том, что дети помещены по чьему-то решению в больницы и приюты. Никто из чиновников, причастных к изъятию, никаких внятных пояснений о ЮРИДИЧЕСКИХ основаниях подобных действий не дает.

Другими словами, речь идет ни много ни мало о похищении. Причем похитители – официальные госслужащие.


2.   Нет никаких официальных решений о прекращении или приостановлении опекунских полномочий: формально Света – по-прежнему является опекуном, то есть официальным представителем изъятых детей. Более того, некоторые из изъятых усыновлены, и значит, тут нужно решение суда об ограничении родительских прав. Этого, естественно, тоже нет.

То есть на уровне юридическом за все, что сейчас происходит с детьми, несет ответственность опять-таки Света: никаких других официальных представителей у детей нет.


При этом же никаких решений, которые обязан принимать именно опекун или родитель, Света принять не может.

3. Света сделала официальное заявление о том, что ни она, ни папа детей их физически не наказывали. Никаких опровержений этого заявлений нет. Медицинских актов о телесных повреждениях тоже нет. Никому из заинтересованных лиц не предъявляются никакие свидетельства, фотографии, акты и пр., что могло бы ОФИЦИАЛЬНО зафиксировать факты побоев. При этом слова о том, что "нужно разбираться, что это за побои и насколько регулярно детей били", говорят многие – и журналисты, и самые высокие чиновники.

4. Детям не разрешают встречаться с мамой. Фактически Света видела только двоих из десятерых, а все остальные помещены в инфекционную больницу, где посещения запрещены.

Ни мама не знает, что думают и что чувствуют дети, ни у детей нет никакой возможности общаться с близкими людьми. Они не понимают, что происходит. Они в глубочайшем стрессе.


Смотреть на записи встречи Светы с теми, к кому пустили, просто невозможно без слез.

5. Государственными чиновниками допущена утечка информации о происшедшем в СМИ. При этом вышедшие публикации содержат не только откровенно недостоверные сведения, но и совершенно чудовищные оценочные суждения. В результате вышедших публикаций семья подвергается травле, Свету и ее мужа обвиняют в диких преступлениях. Разглашены диагнозы детей, разглашены факты усыновления (которое в РФ охраняется законом!).

Вот так выглядит вся история сегодня: грубые нарушения прав детей, грубые нарушения законодательства, никаких официальных объяснений и юридически состоятельных оснований или бумаг, только запугивания и угрозы.


Дети подвергнуты чудовищному стрессу, Света совершенно деморализована и еле-еле справляется со своими нервами. Юридически все происшедшее настолько вопиюще беззаконно, что если бы я точно не знала, что это действительно происходит, я бы просто не поверила ни одному слову.

Ведь фактически Светина история значит буквально вот что: если у вашего ребенка синяк, или разбита коленка, или он упал и, не дай бог, разбил губу, или выбил зуб, или повредил локоть, то ребенка могут изъять и потом долго и с серьезными лицами рассказывать, что нужно серьезно разобраться, не избивали ли вы своего
ребенка регулярно и жестоко.


Без официальных бумаг. Без экспертизы. Без Ваших показаний даже!!! – и это ни капли не преувеличение. Конечно, очень хочется верить, что эта история – какое-то фантастическое, чудовищное  недоразумение, которое вот-вот разрешится и не повторится больше никогда. Но судя по официальным комментариям, шанс на это
не очень-то велик. Я не знаю, почему все произошло именно так. Я не знаю, почему все это продолжается. Есть много версий – от частной неприязни до политической борьбы за легализацию домашнего насилия или экономию московских пособий. Но я даже не уверена, что причина имеет значение.

Такого не должно происходить никогда и ни почему. Невозможно изымать детей из семьи без очень весомых оснований – без реальной и подтвержденной угрозы жизни и здоровью.


Невозможно делать это без разбирательств, без качественных экспертиз, без
привлечения специалистов по детским травмам. Невозможно и категорически недопустимо подвергать детей, и без того переживших очень многое, такому стрессу, отрывая от близких, от ставших привычными условий жизни, от любимых занятий и многочисленных реабилитационных процедур.

Все происшедшее – как минимум вопиющий непрофессионализм, а фактически – преступление государственных чиновников.


И, конечно, сейчас есть несколько вещей, которые необходимо делать максимально быстро:

1. Возвращать детей домой. Закончить юридически корректное разбирательство произошедшего. Выявить виновных в происшедшем и добиться того, чтобы они понесли наказание.

2. Публично принести извинения приемным родителям за незаконные действия госчиновников. Выделить семье необходимую помощь на реабилитацию детей после нанесенных травм.

3. Полностью исключить такие ситуации на будущее: в максимально короткие сроки разработать и законодательно закрепить порядок действий официальных инстанций в случае поступления разового сигнала о возможных (!) насильственных действиях в отношении детей.
 

Что может сделать каждый и прямо сейчас:

1. Подписать петицию в адрес Анны Кузнецовой вот по этой ссылке.

2. Если вы знакомы с кем-то из добросовестных журналистов, готовых разбираться в ситуации и писать не удобный для чиновников материал, то можно обратиться к Татьяне Байдак, которая брала у Светланы официальный комментарий.

3. Если Вы юрист, обладающий опытом в области семейного права и готовый на волонтерских началах работать над созданием необходимой юридической базы, напишите мне, пожалуйста, на [email protected]

Понравилась статья? Подписывайтесь на нас: FacebookTelegramВконтакте.

Фото: Dara Scully