Сиалор

История о детской истерике, или Лазейка из безвыходной ситуации

Мамсила
История о детской истерике, или Лазейка из безвыходной ситуации

Детские истерики – частое явление в жизни молодых родителей. Но самые неприятные из них те, к которым не бываешь готова. Устала. Раздражена. Когда нет времени, и пришлось резко фрустрировать ребенка, отрывая от игры в самый интересный для него момент.

Или по неопытности начинаешь насаждать малышу свои решения, когда он не готов ответить на твой призыв. А, может, ребенок просто проголодался и чувствует необоснованную, на первый взгляд, тревогу, отчего становится крайне раздражительным? Материнское чутье приходит с опытом.

Одна детская истерика, в которой я чуть не потеряла контроль над собой, запомнилась мне надолго.

Морозным зимним днем мы вышли на прогулку. Под ногами – месиво из неубранного с ночи снега. Я тащу по сугробам коляску с полуторамесячным сопящим бонусом, а за руку веду старшую трехлетку. Застряли на площадке, затеяв увлекательную игру – иначе не согреться.

Мороз пробирал быстро и глубоко. Проснулась и стала кричать младшая. Время прогулки подходило к концу, а дочь разыгралась в снегу и не желала покидать площадку. Уговоры не помогали. Хитрости, на которые в тот момент я была способна, – тоже.

Вдруг она соглашается уйти, но через несколько шагов будто понимает: что-то пошло не по ее сценарию. И тут начинается страшная истерика "на пустом месте".

Мы стоим на краю проезжей части, а дочь вырывается и, не видя ничего вокруг, бросается под машины. Меня охватывает паника. Контакт с дочерью потерян. Младшая заливается плачем, отчего меня посещает состояние беспомощности и отчаяния. Обе кричат, а я стою и просто пытаюсь не допустить несчастного случая.

Время тянется бесконечно, но почти ничего не меняется. Теперь дочь долго валяется в сугробе, не желая вставать. Новый страх – переохлаждение. Младшая не унимается даже на руках – пора идти домой и кормить.

Ситуация меня поглотила, я ею не владею, меня переполняют очень разные эмоции.

Тогда мы были не очень далеко от дома, но даже путь в двести метров с истерящей трехлеткой может показаться вечностью. Взять ее на руки было невозможно. Уговорить идти самостоятельно – тем более. Тогда я поняла, что только время мне поможет. Я пыталась говорить с ребенком в ожидании удобного момента, чтобы продвинуться к дому хоть на несколько метров, но упрямство не прекращалось, вспышки обоюдного раздражения снова перерастали в слезную сцену, и все начиналось сначала.

Домой в тот день мы все-таки пришли. Но дочь по-прежнему была крайне раздражительной.  

Наступила вторая волна истерики. Я кормила грудью младшую, а старшая бегала по квартире в куртке, сильно кричала и не желала идти на контакт. Когда я старалась угадать ее чувства, ей становилось еще хуже. Но я понимала, что все слишком серьезно, и без пика не будет спада.



Она решила выплеснуть весь накопившийся негатив одним махом. Ревность. Скрытая. Как странно! Тогда я впервые осознала, что моя дочь способна долго подавлять в себе "неудобные" эмоции. Она – мое отражение.

Мне стало жалко нас обеих. Я очень хотела помочь своей девочке справиться с ситуацией, в которой сама чувствовала себя ребенком ее возраста. Мы разговаривали. Били в таз, дырявили карандашом бумагу, в минуты успокоения говорили о чувствах.

Я надеялась, что конфликт разрешится объятиями. Но дочь на ручки не пошла. Она попросила карандаши и самый лучший листок бумаги.

Я на ее глазах вырвала лист из блокнота, в который, она знает, я записываю важные вещи. Через несколько минут она подарила мне красочный рисунок: светит солнце, уползает вбок черная туча, мы стоим втроем на горке, в одной руке у меня малышка, другой я обнимаю старшую дочку. Сестры держатся за ручки. Все улыбаются.

Гроза миновала. Больше таких истерик не было.

Фото: 

Комментарии