Про школу в Америке

Еще в прежней школе на мой вопрос "Что я могу сделать, чтобы помочь Соне быстрее адаптироваться?" – меня тут же попросили не делать ничего. Особенно не делать с ней уроки и вообще не вмешиваться.

"Единственное, что вы реально можете сделать – это не добавлять ей стресса своим беспокойством".


Особенно это относилось ко мне и китайским родителям. Нам объяснили, что контролируя процесс обучения и делая уроки вместе с ребенком, мы прививаем ему чувство беспомощности – что сам он не справится, стрессуем его необходимостью еще нам угождать успешностью своей адаптации и лишаем радости достижения, когда получается. Мол, ваше обучение уже закончено – учится она. И от вашего вмешательства никакой пользы, кроме вреда.

Ничего кроме синдрома самозванца вы не тренируете у ребенка таким образом, – строго сказал мне учитель истории, работавший в прежней школе.


Потом я узнала, что у них целая практика преодоления этого явления, правда, возникла она в связи с Asian American society limitations. Китайцы, мол, дико стрессуют детей семейным контролем процесса учебы, и это, как разные исследования показали – вредит.

Мол, даже одаренные дети в условиях этого прессинга добиваются чего-то совсем не благодаря, а вопреки ему. А обычные так и вообще – показывают результаты ниже, чем очевидно способны. 

В новой школе нас встретили точно так же. Выдали расписание. На мой вопрос, что я могу сделать – мне предложили побыть волонтером на школьном пикнике или пожертвовать на обновление газона футбольного поля.

Когда выданный Соне шкафчик не открывался, замдиректора школы vice principal, который следил, чтобы все шло без напряга, сказал все то же, мол, давайте срочно уменьшим ваш стресс, и пошел с нами разбираться с локером.


Нашел работающий, сам все проверил. Потом я спросила его, должна ли я к первому учебному дню поменять черно-красный цвет Сониных волос на более натуральный или хотя бы менее вызывающий? 

– Что в этом вызывающего, мэм? – поинтересовался замдиректора. – У меня две дочери. У одной волосы синие, у другой фиолетовые. 

– Эээ... Ну раз вы окей с этим, звучит очень успокаивающе, – говорю я. 

И тут меня снова призвали ни о чем не волноваться, не добавлять стресса ей и себе, потому что мы только что переехали, Соня идет в новую школу, а это все очень-очень большой стресс, поэтому давайте не будем его увеличивать. Занимайтесь, мол, своими делами, мэм. Не заставляйте вашего ребенка, плюс ко всему, что ей сейчас предстоит преодолеть, волноваться еще и о вашей реакции.

– При всем уважении, мэм, школа не является зоной вашей ответственности или компетенции. Мы благодарим вас за доверие и обычно оправдываем его. – Не без гордости, уверенным голосом заверил меня замдиректора в шортах, майке и стоптанных кроссовках, с выцветшими татухами на руках.

 
Тут я вдруг поняла, что меня дико стрессовало в исторически сложившейся практике взаимодействия со образовательными учреждениями в России – это вот именно нарушение границ и смещение зон компетенций. Что на семью зачем-то складывали часть функций школы – учить, контролировать, мотивировать, оценивать и т.д., а от школ и детсадов постоянно ожидалось исполнение функций семьи, что учительница будет как мама, а физрук и трудовик как мудрый батя. 

Первую неделю вновь прибывшим ученикам объясняли правила. За что их будут оценивать и как. Никого не заставляли рассказывать о себе, не строили, не выделяли. Всех просто собрали, и просто пошел процесс. Рутинно, спокойно. Чем меньше что-то специально выделяется – тем меньше стресса. Ну начали учебный год и начали. Ну новая школа и новая. Обычные дела. Ничего особенного.

Автор: Лилия Ким, сценарист, писатель.

Фото: unsplash.com
Понравилась статья? Подписывайтесь на нас: Facebook, Вконтакте, Instagram.
Поделиться: